ЭММАНУЭЛЬ II
Неизвестный автор

Предыдущая страница1 2 3 4 5 6 7

... на твой живот, лицо. Или же они порхают в воздухе над тобой. Их сперма удивительно жирна и пахнет мускусом. Если хочешь, ты можешь вволю наглотаться ею и утолить жажду. Один за другим громадные стержни проникают в твой рот, они более сочны на вкус, чем человеческая плоть, и извергают длинными струями свой сок. Потом, по сигналу машины, появляются ассистенты и переносят тебя из кабины и другую комнату, где ожидают клиенты, а они уплатили целое состояние за такую привилегию, приступают к тебе прежде, чем ты успеешь ощутить их присутствие. Так вот ловкие хозяева этого заведения извлекают многостороннюю выгоду:
Получают круглую сумму с тебя за пользование автоматами и с других за пользование твоим телом, причем о второй продаже ты можешь даже и не знать. Из своей сокровищницы Ариана извлекает два длинных каучуковых фаллоса, абсолютно одинаковых, с огромными головками. Она соединяет их основания, создавая двойной "дидлос", перевязанный посередине кожаным поясом. Изо всех сил она сгибает этот агрегат, как стальную пружину. Две головки соединяются, а потом отталкиваются друг от друга, возвращая сооружению первоначальную форму.
И этот фаллос на двух концах Ариана погружает как можно глубже в лоно Эммануэль. Затем, раздвинув ноги подруги, приближает к ней свой холм Венеры. Насаживает себя на другой стержень и опускается все ниже и ниже. Ложится на Эммануэль, как сделал бы это мужчина, и ласково и осторожно начинает раскачиваться. При каждом толчке она чувствует отдачу упругого копья и начинает постанывать, склоняясь еще ниже и страстно целует Эммануэль, кусая ее губы. Она шепчет нежные слова, соски ее трутся о соски Эммануэль. Крепкие ягодицы Арианы прыгают вверх и вниз во все убыстряющемся темпе, и ощущения ее так похожи на мужские, что ей кажется, что у нее происходит эякуляция. С толь лишь разницей, что она не обессиливает Ариану, а только придает ей силы. И она продолжает любить свою подругу, а та бьется в оргазме, плачет слезами наслаждения и чуть не до крови царапает скульптурную спину своей любовницы. И так они продолжают, забыв обо всем на свете, до наступления ночи. Жильбер выходит из своей комнаты, смотрит на них и на цыпочках возвращается обратно.
Первый все играл моими сосками, а второй, водитель, сидел и смотрел на нас. Я хотела отдаться им совсем голой — я знала, как их мучает представление о моей наготе. Раньше я наслаждалась этими пытками, дразня их своими обнаженными ногами, вдруг появлявшимися из-под вечернего платья. Но теперь я хотела, чтобы они видели не только мою грудь, но и всю меня, чтобы они ощупывали всю меня и спереди и сзади, я хотела чувствовать их руки на себе, горячие руки не Жильбера, не только, кому "я вручена" и кому я изменяю еще до того, как стала его женой. Только неверные жены могут понять, что я тогда испытывала! Да нет, все равно не могут. Отдаться друзьям своего жениха, который притворяется, что доверяет тебе так, как можно доверять только невесте: конечно, неслыхано, что такой надежный эскорт, такая молодая женщина могут уничтожить целый миф несколькими неудачными движениями — да вы не имеете ни малейшего представления о том, какая восхитительная мечта вот-вот осуществиться! Я посмотрела на свои ноги. Человек за рулем смотрел на них же. Как возбуждающе они выглядели! Извиваясь под ласками, я плавно подняла платье. Я хотела, чтобы они увидели мой лобок, все еще прикрытый черными кружевными трусиками. Я подалась вперед, и тот час же рука отпустила мою грудь и скользнула вниз, к моему гроту любви. Потом они открыли дверцу автомобиля, вынесли меня оттуда и в тени деревьев уложили на ложе из сброшенной тут же собственной одежды. И принялись за меня. Они пропустили меня через весь свой секс-репертуар, и все это молча, не обмениваясь ни словом друг с другом, не говоря уж обо мне. И так мы лежали там, замерзшие, покрытые грязью, потом и семенем, совершенно измоченные, спина моя болела. Но как мы смеялись потом! Как смеялись!
А я смотрела на себя с восхищением: вот она я, в чем мать родила, с отпечатками веток и листьев на всем теле, ночное чудо, хорошенькая пай-девочка, раздвинувшая ноги на влажной земле перед двумя мужиками, пьяная от счастья и собственной отваги.
— Вы славная девочка!
И тут же показал на свободное место рядом с собой.
— Поехали, малыш!
Эммануэль забралась на задний багажник и по нему съехала на сиденье. Юбка задралась до пояса, продемонстрировав полное отсутствие под нею какого бы то ни было белья. Эммануэль вопросительно посмотрела на юношу. Он поцеловал ее в обе щеки, коснулся губ, что-то сказал. Она прижалась к нему, не понимая, что же мешает ему прикоснуться к ее холмику.
Но вот мотор включен, автомобиль трогается с раскаленной стоянки, и они едут через город, потом мимо затопленных мутных рисовых полей.
Голова Эммануэль по-прежнему лежит на плече ее спутника, обе ноги тесно прижаты к нему. Пока они набирают скорость, он поглаживает ее свободной рукой, все еще не осмеливаясь пуститься в путешествие по буйному черному кустарнику или пройтись по раскрытой навстречу ветру груди. Теперь ее голова лежит на коленях молодого человека. Отделанный металлом и деревом руль так грозно нависает над ней, что она все крепче и крепче прижимается к животу своего спутника. Наконец она чувствует, что перед ее головой начинается некое долгожданное отвердевание. Легкими нажатиями затылка она помогает этому процессу и так успешно, что сама больше не может удержаться: опускает руку между своими раздвинутыми ногами и... Время исчезает... Страшный тропический ливень не мог помешать ее экстазу.
Но вот машина остановилась, молодой человек схватила Эммануэль в охапку и понес к маленькому коттеджу. С волос Эммануэль текло, платье прилипло к телу. Он положил ее на плетеный диванчик и высушил губами дождевые капли на ее лице. Следом за этим стянул с нее платье и, не вспомнив ни о каких предварительных ласках, сразу же вошел в нее. И почти сразу же пришел в исступление: он бил в нее длинной струей, скрежеща зубами, закрыв глаза, а она крепко обнимала его, не думая о собственном наслаждении, вся отдавшись его эгоистической мужской похоти. Наконец он кончил, поднялся. Он изумителен, подумала Эммануэль, мы очень подходящая пара.
— Мне хочется принять душ, — негромко произнесла Эммануэль. Он показал ей, где находится душ, и она насладилась им в полной мере.
Вместе с потоками воды ее черные волосы заструились по спине и груди.
Молодой человек не выдержал и снова крепко обнял ее. Прижавшись к ее телу, он укусил ее, и она вскрикнула.
— Моему мужу не понравятся эти следы, — упрекнула она его суровым голосом, но глаза поддразнивали и распаляли.
Казалось, охваченный раскаянием, он принялся разглаживать неуклюжем массажем следы своей страсти. Эммануэль осторожно высвободилась из его объятий, опустилась перед ним на колени, открыла рот и... Молодой англичанин стал по стойке "смирно". Щеки Эммануэль надувались и опадали, язык порхал, как мотылек над цветком, и это продолжалось до тех пор, пока она не почувствовала приближение взрыва.
Тогда Эммануэль оторвалась и, откинувшись назад, стала любоваться плодами своего искусного труда. Его тело было красным, словно ему грозил апоплексический удар. Не откликаясь на немой призыв, Эммануэль принялась натирать все тело своего партнера густой ароматной мыльной пеной.
— Не мешай мне, все будет хорошо, — попросила она с очаровательной улыбкой.
Обеими руками она описывала плавные круги по всему телу своего неожиданного любовника, массируя его мускулы, стягивая кожу и дуя на пузырьки пены. Она натирала его спину, ноги, грудь, а он стоял, не мешая ей ни единым движением, пока, наконец, она недобралась до двух ягодиц, а затем и до его члена. Она усердно работала ладонями и кончиками пальцев, переходя от мягких долгих поглаживаний к быстрым и резким рывкам, пока белопенная мачта не начала содрогаться. Ее владелиц стоял, и хлопья пены не позволяли ему даже увидеть, что происходит. Воля была подавлена, он ни о чем не мог думать, всецело отдавшись во власть этих ласк: они могли убить его, — он даже не пошевелился бы. Бедра его были напряжены, колени болели, он тихо постанывал. Эммануэль, похожая на центральную скульптуру какого-нибудь фонтана, не отрывала взгляда от своего подопечного и видела даже сквозь густую пену, как то, что привлекало ее больше всего в мужчинах, обретает пурпурный цвет. Она то прикасалась к его ядрам, гладя их и царапая ногтями, то продвигалась со своими ласками дальше, добираясь до ануса. По конец она крепко обхватила основание члена и стала оттягивать его кожицу так далеко, насколько было возможно, пока яростная струя не хлынула из приоткрытого канала прямо в жадно раскрытые губы Эммануэль. Вкус малыша придал этому напитку изысканную горечь.
Она пожалела, что не успела захватить все, и подумала, как было бы великолепно, если бы в ее расположении находилось хотя бы два подобных источника. На следующий год в день своего 20-летия ей надо бы устроить так, чтобы двадцать — по числу ее лет — мужчин смогли бы дать ей испить свой сок 20 раз подряд. Вот это будет настоящий праздник! Эта мысль так восхитила ее, что она подпрыгнула пару раз от радости, влюбленная сразу и в своего настоящего любовника, и в будущих.
Эммануэль если сдерживалась, чтобы не рассмеяться. И она постаралась придать себе равнодушный вид, когда смуглый мужчина начал ощупывать ее груди, зад, лобок. Она так успешно стимулировала свою фригидность, что тот решил обратиться к своей жене:
— Иди ...

1 2 3 4 5 6 7Следующая страница

*алфавиту*типу
*тематике*автору
ЭроЧат!*рейтингу
С О Д Е Р Ж А Н И Е





Почта Copyright © 1998-2009 EroLit
Webmaster
Designed by Snake